Казнь. Послесловие

Существует довольно много людей, которые, рассказав анекдот, тут же принимаются разъяснять его соль, не дождавшись смеха и аплодисментов слушателей, зато захохотав вперёд сами и взяв смущённого визави за пуговицу.

Льщу себя надеждой, что к таковым не отношусь, да и вообще, испытываю неловкость, будучи вынужденным разъяснять сказанное. Однако же текст «Казнь», и задумывавшийся как двусмысленный, видимо, оказался излишне двусмысленным, вызвав разнонаправленные аплодисменты, если так можно выразиться. Тут автору винить некого, кроме самого себя, за сим, – краткие разъяснения.

Во-первых, это был кусок чёрного юмора к 1 апреля, уж задался он или нет.

Во-вторых, и в главных. Я небольшой поклонник стиля и методов журналистов Сергея Кустова и Алексея Машкевича, о которых шла речь, но это личное мнение. У всякого автора есть своя аудитория. А «Казнь» – это, прежде всего, моё сочувствие коллегам и гротеск на суды над ними, прошедшими недавно и имевшими резонанс. Не будем возвращаться к сути процессов, персонажи сами их изложили в мельчайших деталях, имея под рукой средства производства.

Полагаю необходимым лишь сказать, что «дело Машкевича», как мне представляется, должно было решаться не в уголовном судопроизводстве, а в гражданском. В «деле Кустова» суд вообще проигнорировал презумпцию невиновности, хотя по ходу судебного расследования не было представлено объективных доказательств вины журналиста, в чём бы она ни заключалась.