Свободная зона — условно

Блоггера Савву Терентьева городской суд Сыктывкара приговорил к одному году заключения условно. Дело известное, но все же напомню: Терентьев оставил в блоге Живого журнала журналиста Суранова комментарий по поводу облика российской милиции. Очень неприятный комментарий. Против Терентьева возбудили уголовное дело по статье 282, часть 1 УК РФ — «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». 7 июля судья Любовь Сухарева вынесла обвинительный приговор.

Скажу сразу, комментарий Терентьева, с моей точки зрения, глупый, вздорный и оскорбительный. Но даже если с моим мнением согласны все граждане России, это никак не может быть основанием для уголовного преследования сыктывкарского блоггера. Вот что написал Терентьев в своем комментарии и за что его осудили: «Не согласен с тезисом «у милиционеров остался менталитет репрессивной дубинки в руках властьимущих», во-первых, у ментов, во-вторых, не остался, он просто-напросто неискореним. Мусор и в Африке мусор. Кто идет в менты — быдло, гопота — самые тупые, необразованные представители жив(отн)ого мира. было бы хорошо, если б в центре каждого города россии, на главной площади (в сыктывкаре — прям в центре стефановской, где елка стоит — чтоб всем видно было) стояла печь, как в освенциме, где церемониально, ежедневно, а лучше — дважды в сутки (в полдень и в полночь например) — сжигали бы по неверному менту, народ, чтоб сжигал, это был бы первый шаг к очищению общества от ментовско-гопотской грязи».

От души, глупо и неграмотно. С другой стороны, Савва Терентьев — рок-музыкант, а не журналист; и ЖЖ — интернет-дневник, а не общенациональная газета. Каждый выражает, как умеет, соображения, которые имеет.

Судить Терентьева по ст.282 было невозможно по двум причинам.

Причина первая. Ст. 282, ч.1 предполагает ответственность за «действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации». Милиция — не есть социальная группа. Менты (милиционеры) — группа людей,  характеризуемая профессиональной принадлежностью, а не социальной. Выражение ненависти к представителям профессии под действие ст.282 не подпадает.

Причина вторая. Статья 282 УК РФ противоречит требованиям ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, предполагающей право на свободное получение и распространение информации и собственных убеждений. Напомню, что международные конвенции, подписанные Россией, по нашим же законам имеют приоритет над национальным законодательством. Кстати, Европейской конвенции противоречит и Конституция России, в которой статья 10 также ограничивает свободу слова, совпадая по многим положениям со ст. 282 УК РФ.

На самом деле даже сыктывкарская судья хорошо понимает, что сам факт оскорбительного и негативного отзыва о милиции не может быть достаточным правовым основанием для осуждения подсудимого. Поэтому в обвинительном приговоре судья Сухарева пишет: «Терентьев С.С. … решил оказать публичное воздействие на людей с целью побуждения их к совершению насильственных действий в отношении лиц — сотрудников милиции, зарождению у людей решимости и стремления совершить противоправные действия в отношении указанных лиц».

Для ст. 282 хватило бы просто факта выражения враждебного отношения и ненависти, но, будучи, по-видимому, юристом грамотным и просвещенным, судья обвиняет Терентьева в призывах к насильственным действиям, пытаясь, таким образом, «дотянуть» дело Терентьева до уровня настоящего преступления. Действительно, в идеальном правовом государстве свобода слова может быть ограничена только прямыми призывами к совершению преступлений. Но таких призывов у Терентьева нет. Нельзя же считать эпатажный пассаж о необходимости сжигать неверных ментов на центральной площади серьезной попыткой организовать преступление или призвать к этому других.

Если такое высказывание Терентьева считать уголовным преступлением, то уже давно надо было бы возбудить уголовное дело и против Владимира Путина, пообещавшего всех чеченских боевиков «мочить в сортире». Он, можно сказать, прямо, публично и в оскорбительной форме призвал к противоправным действиям против такой социальной группы, как чеченские партизаны. Голимая 282-я! А поскольку призыв «мочить» был сопряжен с использованием своего служебного положения и, пожалуй, организованной группой (хотя бы устроители пресс-конференции), то налицо часть 2 ст. 282 — от 3 до 5 лет лишения свободы.

На самом деле уголовное преследование за комментарий в блоге очевидно абсурдно и оправдывается властями только как вынужденное ради «сохранения основ конституционного строя и безопасности государства». Это не шутка — именно в таком разделе УК находится ст. 282 и расположена она между статьями «Диверсия» (ст. 281) и «Разглашение государственной тайны» (ст. 283). Как видите, все очень серьезно. Ограничение свободы слова — дело большой государственной важности; поэтому ст. 282 занимает в Уголовном кодексе такое же почетное место, как в советское время: статья 70 УК РСФСР — «Антисоветская агитация и пропаганда» — «жила» тогда между статьями «Вредительство» и «Пропаганда войны».

Дикость уголовного преследования Терентьева за запись в ЖЖ, не означает, однако, что автор имеет иммунитет от правосудия. Вполне разумным и допустимым было бы, например, предъявление Терентьеву гражданских исков о защите чести и достоинства от милиции. Написал безапелляционно сразу обо всех — значит, написал о каждом. Каждый милиционер страны мог бы вытащить Терентьева в суд и заставить его доказывать, что именно он, истец, и есть то самое быдло и гопота, тот самый тупой и необразованный представитель животного мира, о котором Савва Терентьев написал в своем блоге. За оскорбительные обобщения надо отвечать. Боюсь, общая сумма исков превысила бы пожизненные доходы Терентьева.

Сегодняшняя проблема, однако, не в оскорбленных чувствах, которые уместно отстаивать в гражданском суде. Наша проблема — в решимости нашего государства ограничивать свободу слова вообще и в интернете в частности. Эта свободная зона еще не во власти строителей вертикали, но они делают все возможное, чтобы подчинить себе этот последний надежный островок свободы слова в стране. Как мы к этому пришли, тема отдельного исследования.

           «Ежедневный журнал»