О современном российском жидовстве

Предуведомление. Я вряд ли сел бы за заметки, которые требовательный читатель «Курсива» прочтет ниже, если бы не результат скромного эксперимента, поставленного мною над требовательным читателем. В процессе написания статьи «Наблюдение за недозволенным» оказалось совершенно необходимым употребить слово «жидок». Необходимым исключительно с литературной точки зрения, поскольку статья никоим образом не касалась ни евреев, ни «еврейского вопроса», ни национального вопроса вообще. Но только я написал «жидок», как вспомнил, что в нескольких давнишних своих публикациях употреблял слово «хохол» — причем, опять же исключительно для литературной надобности. Никто из украинцев никак не среагировал на «хохла», хотя я точно знаю, что, как минимум, два малоросса внимательно следят за моими творческими потугами. А один из них даже, пожалуй, чрезмерно (на мой взгляд) любит отчизну, особенно, когда слегка выпьет. Мне стало интересно, а среагируют ли евреи на «жидка», и я сие слово употребил еще пару раз. Для верности.

И точно: я был немедленно после выхода статьи назван антисемитом как устно, так и письменно (см., например, форум «Курсива», тема «А он еще и…»), а депутат ЗС Ивановской области и жуткий правозащитник Сергей Вальков решил провести целую пресс-конференцию по поводу искоренения ксенофобии в России.

***

Терпеть не могу евреев. Просто на дух не переношу!

А еще терпеть не могу негров. В Иванове уличное освещение отсутствует (за исключением светофоров), так вечером их вообще не видно. Если идешь в районе какой-нибудь общаги мединститута, так натурально натыкаешься. Че, блин, с фонариком что ли ходить.

А как я не перевариваю чеченцев, кто бы знал! Это вообще гады! Все! Мало того, что воюют с Россией за независимость уж скоро десять лет (какая им там к черту независимость в горах-то), так еще и центральный ивановский рынок прибрать хотят! Че там после этого купишь? Помидоры черные, огурцы черные, сметана — и та черная. Не хочу я черной сметаны.

Очень не люблю косоглазых. В первую городскую баню притащится десятка два маленьких таких, желтопузых, и давай в парилке мяукать на своем языке, как коты помойные. Да так громко, что я даже Александра Николаевича Горохова, который меня по спине поганым муниципальным веником хлещет, ни хрена не слышу, а он что-то интересное, журналистское излагать любит в процессе парения. Так ведь у Саньки голос не слабый. И как они, эти косоглазые, в нашей русской муниципальной парилке не передохнут?

Отдельно не выношу косоглазых японцев. В честь надвигающегося столетия со дня Цусимской битвы.

Также не люблю евреев.

У меня самая настоящая идиосинкразия на азербайджанцев. Потому что на рынке и без чеченцев и помидоры, и сметана — черные.

Ненавижу албанцев, за то, что они наших православных братьев сербов геноцидят, сволочи. В связи с этим ненавижу сербов, которые за себя постоять не могут. И бурят (или бурятов? а то чего им там бурить?), потому что всем надоевший буддист-спасатель Шойгу братьев и не думает спасать, а подменил православное братство армейскими одеялами, которые моль десять лет на армейских складах жрала. Откупился, подонок. А еще в связи с этим ненавижу блок НАТО, который всю байду в Косове и замутил. И особенно, конечно, американцев.

Ну-у-у… американцев-то я просто поубивал бы всех. Я их не люблю больше, чем негров и косоглазых вместе взятых, тем более что негры и косоглазые — это половина американцев. Нет, вы посудите сами. Звонит, понимаешь, в редакции телефон, я беру трубу, говорю «але», а мне там в ответ шепелявят с акцентом: Владьимир Владьимироуыч? Ошьень приятно, москауское бьюро «Уошингтон поуст». Я, конечно, варежку от доброты и сердечности среднерусской сразу разинул, а мне дальше втирают: в Иваново хочьет приехат наш джорналист, описат вашу ивановский жизн, не подобраль бы ви самый типический ивановский семья для интервью. Я, разумеется, отвечаю, подобрал бы, и тоже почему-то начинаю говорить с акцентом, от приветливости что ли. Ну, договорились. Я все воскресенье напрягал своих друзей, типических Серегу и Ольгу. Они к понедельничку пол вымыли, чего-то там закупили, Оленька даже в парикмахерскую слетала. А эти гады не приехали, так что пришлось в привычном российском обществе раскатать, что Серега припас.

И что я вижу в интернете спустя пару недель? Действительно, статья в «Вашингтон пост», причем про каких-то ивановских Сергея и Ольгу, только не моих конечно. Бывают же совпадения. Я только тут понял, почему к моим-то не приехали. Американцы ж меня на устройство встречи в субботу разводили, а я исключительно на понедельник готов. У меня доброты и сердечности среднерусской завались, но и лени столько же. А тут кто-то подсуетился из коллег. Наверное, из «Иваново-Пресс» (раз статью америкосовскую перепечатали), что на деньги Березовского издается. Ух, как я не люблю евреев!

Но не то обидно, что не приехали, а то, что какой-то придурок на форуме «Курсива» начинает меня же учить — вот де как писать надо, а вы, местные журналюги, — рвань лапотная. Хотя такими-то статьями я весь «Вашингтон пост» на месяц вперед испишу за день (правда, задница сидеть устанет). Но только под псевдонимом. Видали, как я американцев не люблю?

Еще не люблю украинцев, за то, что Хрущев им Крым подарил. Еще не люблю арабов за то, за что их весь мир не любит, недоносков бомбовитых. Очень не люблю французов, потому что ни разу не был в Париже и не известно, побываю ли. Евреев не люблю. И русских не люблю. Русских очень не люблю, потому что у всех наций название как название — существительное, а у русских — прилагательное. Разве может нация обозначаться прилагательным? Все «кто», а русские «какие». Тьфу! Еще русских не терплю за то, что отняли у косоглазых японцев острова и не хотят возвращать, хотя у самих территории, как у дурака махорки. За то, что утопили орбитальную станцию «Мир», что в футбол все время прое…т, что чеченцев геноцидят. И за то, что избрали себе в президенты этого, нынешнего. За это особенно не люблю.

Так, кто там еще остался? Весь этот бывший соцлагерь, всяких чехов, румын, болгар, венгров и прочую мелочь не люблю за то, что продались блоку НАТО. Немцев с англичанами вообще любить не за что. Итальяшек ненавижу за то, что люблю макароны, а от этого можно потолстеть. Ментов не люблю из солидарности со всем нементовским населением России. Латиноамериканцев и австралийцев не люблю, потому что живут черт знает где и за телесериалы.

Вот только, пожалуй, лопари, хорошие люди. Всякому гостю, который к лопарю приезжает, он свою жену в знак гостеприимности предлагает. Хотя там такие жены, что гостеприимностью не попользуешься, сколько ни лопай лопарскую сивуху. Нет, лопарей я тоже не люблю. Лопарей и евреев… Нет такой нации, которую бы я любил. Поэтому я не националист. Это точно.

Зато я гуманист, потому что люблю людей. Некоторых и очень выборочно. Вот любил одного убиенного бандита ярко выраженной базарной национальности. За то, что веселый был и ментов публично не боялся. Люблю ныне, слава Богу, здравствующего (таки не дождетесь) врача откровенно гинекологической национальности за времена беспортошной кинешемской дружбы и за заботу о моей жене в известные решительные минуты ее нелегкой женской жизни. Коллегу люблю жовто-блакитной национальности за то, что складно пишет по-русски.

Я вообще заметил, что чем меньше и не пузыристей нация, тем она мне больше нравится. Чем ближе от общего к частному, тем лучше. Даешь дедуктивный метод в межнациональных отношениях! Любая нация мною хорошо может восприниматься только при условии расчленения ее на мельчайшие составляющие. До одного человека, максимум, до семьи. От нации в целом меня тошнит.

Но с другой стороны, как ни крути, а есть у всякой нации общие черты. И чем нация больше и пузыристей, тем плохих черт больше, а хороших меньше. Но особенно неприятно то, что плохие черты крайне заразны. И распространяют их очень активно самые яркие носители национальных черт, т. е. националисты. Настоящие, а не те тупые бритые затылки, что по улицам с цепями и битами слоняются. По-настоящему типические, не те, которых ищет «Вашингтон пост».

Зараза пристает к другим нациям очень легко. Арабы распространяют заразу терроризма. Американцы — заразу снобизма. Русские — заразу воровства и безразличия. Негры — принцип жизни исключительно на казенный счет. А евреи — заразу жидовства.

Последняя штуковина требует, разумеется, расшифровки. И ее я припас на закуску, потому и не говорил так долго, за что я не люблю евреев. Поскольку у меня есть замечательный для нее пример в виде депутата Ивановской городской думы Игоря Альпера.

Пример близок ивановцам любой национальности, поскольку касается все тех же тарифов на коммунальные услуги, которые, как только что выяснилось, два ивановских мэра в течение семи лет незаконно устанавливали.

Альпер сидел в депутатах и при прежнем, и при нынешнем мэре. И при будущем еще посидит.

Итак, 1997 год. Бывший мэр Валерий Троеглазов отнимает у городской думы право устанавливать (а значит, по большому счету, и контролировать) тарифы. Ну, Валерий Васильевич, известный оратор, бьет себя кулаком в грудь, кричит, что нужна оперативность в управлении, а дума лишь раз в месяц собирается. Выражается… метафорически… Депутаты, кроме самых тупых, разумеется, знают, что передавать право нельзя. Но кто-то просто не может спорить, с кем-то мэр поговорил предварительно, некоторые буйные (которых всегда очень мало) ерепенятся. Совместно выдумывают для успокоения совести и прокуратуры формулировку «в связи с чрезвычайными обстоятельствами», которую в России, на самом деле, можно использовать всегда и по любому поводу. Дело уже совсем на мази, и тут вылезает Альпер. Он всегда вылезает только тогда, когда дело уже на мази. (Все цитаты (с необходимой грамматической и стилистической правкой), приведенные ниже, взяты из протоколов заседаний городской думы или ее комитетов, кроме одной, из телеинтервью. — В. Р.).

– Тарифы, это, конечно, дело думы, ее исключительное право. Нельзя, чтоб дума их отдавала. Но, в то же время, мы все умные люди (это любимое альперовское словечко), а ситуация экстренная. Вот в чем должна быть наша гражданская позиция? Надо прислушаться к Валерию Васильевичу… А ситуация выровняется, мы опять к вопросу вернемся.

Вот прислушались на семь лет. Через семь лет уже Грошев просит подтвердить свои полномочия опять же «в связи с чрезвычайными обстоятельствами». Другой интерпретации «обстоятельства», но того же свойства. Спектакль почти повторяется, хотя Грошев не выражается… метафорически… Альпер:

– Мы здесь все с вами умные люди и понимаем, что тарифы, это наша компетенция. Но, в конце-то концов, Александру Васильевичу лучше знать, что лучше*. Мы же ответственно должны подходить…

И тут, вдруг, встает депутат, который при Троеглазове еще не был депутатом, и спрашивает: а что тогдашние-то депутаты думали, когда отдавались? Альпер:

– Ну, тогда, я уж и не помню, наверное, мы немножко неправильно себя повели, что не вернулись к вопросу… Но позиция была ответственная и взвешенная… Тогда же тоже умные люди сидели. Но сейчас надо, я считаю, прислушаться к мнению мэрии… А потом ведь нам никто не мешает вернуться к вопросу…

Подтвердили. Пока никто не мешал, никто и не возвращался к вопросу. И вдруг бац, прокуратура говорит, что все незаконно. Мэр, спасая хоть и не реноме и не казенные деньги, но хотя бы хорошую мину, собственноручно просит думу забрать, наконец, свое право на тарифы себе. Альпер:

– Я же говорил, что все мы с вами, люди умные. Ведь знали, что мэр вернется к вопросу и вернет нам право устанавливать тарифы. А я тогда еще Троеглазову говорил, что это исключительно право думы. Теперь мы, конечно, должны взять на себя долю ответственности… Каждый из депутатов. Хотя тогда кое-кого из думы ввели в заблуждение…

И тут журналист Олег Алалыкин тянет Альпера в телепрограмму «Актуально» на интервью по поводу всей этой канители. Алалыкин:

– Столько лет ситуация была такая непотребная и вдруг все депутаты поумнели?

Альпер:

– Дело не в том, что они поумнели, дело в другом. Концентрация с тарифами произошла около года назад, уже много времени прошло, чтобы с чем-то разобраться, но, согласитесь, у депутатов нет ни денег, ни возможностей. Депутаты, вообще, должны проникнуться идеей, что так жить нельзя… Но сейчас фракция** начнет тарифами заниматься.

И, наконец, финал всей этой «концентрации» с тарифами. Очередное заседание думы. Альпер:

– А меня тут Алалыкин спрашивал. Очень умный, между прочим. Как же так, говорит. Человек зарплату получает и счет получает за жилье. А суммы одинаковые. У человека же шок! Мы, как умные люди, должны, наконец, с этим разобраться…

Вот, собственно говоря, суть жидовства. Если внимательно присмотреться, то легко разглядеть три главных признака, три составляющих этой заразы: эпистолярное посыпание головы пеплом в «Матросской тишине», яйца работы фирмы Карла Фаберже, футбольный клуб «Челси» (лизание ног государству, подкуп государства, жизнь за счет государства). Все три составляющие — этапы движения по кругу, и не поймешь, с какого из этапов начинается движение. Да это и не важно. Важен главный принцип движения — отсутствие покаяния. Перед Богом, перед людьми, перед собой. И не просто отсутствие покаяния, а его уничижение и уничтожение. Разными способами, например, покаянием перед государством (см. статью Михаила Ходорковского «Кризис либерализма в России»), что по своей сути — антипокаяние. «Мы же умные люди», как говорит Альпер, мы все понимаем, для чего это делается. И так должны поступать все «умные люди», иначе жизнь будет прожита зря. Потому — равняйся на нас. Так жить хорошо и правильно. И кто так не живет, тот не просто лох. Тот — противоречит сути вещей.

Это жидовство отблескивает от лысины еврея Фрадкова, змеится в иронической улыбке немца Грефа, оловянно светится в строгом солдатском взгляде русского Иванова. Оно сочится, как из переспелого, треснувшего арбуза, из Государственной думы. «Мы же все тут умные люди».

Но в одном я не улавливаю жидовства — в государственном взгляде узко посаженных глаз, меж которыми только тоненькая косточка переносицы. Точь-в-точь адвокат Митеньки Карамазова. От такого взгляда, должно быть, жидовство и стало так липнуть ко всем нациям многонациональной страны.

В этом можно бы было увидеть даже повторение истории: 1917 — 1991, Ельцин — Ленин, Березовский — Троцкий, Путин — Сталин, Ходорковский — Бухарин. Но, к счастью, история склонна повторяться лишь в виде фарса, и эти пары — не более чем карикатура.

* В 2003 году необоснованное завышение расходов бюджета муниципального учреждения «Первая городская клиническая больница» (главный врач Игорь Альпер) составило более 650 тысяч рублей.

** Месяц назад Игорь Альпер стал председателем фракции «Единая Россия» в Ивановской городской думе.