Граф Суворов и князь Потемкин в Иванове

Из Всемирной истории в рекламной версии банка «Империал», лопнувшего после дефолта 1998 года

– А что это у нас граф Суворов Александр Васильевич ничего не ест? – сквозь шум большого императорского ужина спросила Екатерина.

– Так ведь пост, матушка-государыня, до первой звезды нельзя. Ждем-с! – шум немедленно прекратился, все ждали, как отнесется императрица к новой выходке славного, но непредсказуемого фельдмаршала. Князь Потемкин, сидевший как обычно по правую руку от Екатерины, застыл с открытым ртом, не донеся до него знатный кусок перепелятины.

Императрица немного послушала тишину и сказала.

– Звезду графу жалуем. Ордена святого Андрея Первозванного. Так что кушайте, Александр Васильевич… А вы, Григорий Александрович, – оборотилась она к Потемкину, – напротив, что-то уж очень на скоромное-то налегаете. Да и имбирную, я гляжу, уж в четвертый раз вам подносят. Не боитесь гнева Господня?

Светлейший перекрестился только что опустошенной от перепелятины вилкой и весело объявил.

– Я, матушка, более всего, прости Господи, боюсь гнева вашего величества. А что вкушаю много, так это для поддержания сил, кои завтра прямо с утра употреблю на службу отечеству. Еду в южные губернии деревни строить. Вы же сами печетесь об устройстве холопского счастья. Вот-с…

– Ну, разговляйтесь. Только что ж с утра-то. Можно и попозднее выехать, – Екатерина зацепила пальцем сальный подбородок фаворита, притянула его лицо ближе к себе и чуть тише добавила, – разговляются ведь не одной только перепелятиной, а и утехой плотской.

Потемкин снял свой подбородок с монаршего пальца и чуть не грохнул его в тарелку, кивая и улыбаясь…

С тех пор на Руси так и повелось. Кто на посту твердо стоит, того суворовцами называют. А кто село для начальства состроит, – тех потемкинцами.

Из новейшей истории России в филологической версии В. В. Рахманькова

– Что-то вы, Василий Семенович, плохо кушаете, – говорила славная певица Людмила Зыкина не менее славному актеру Василию Лановому на небольшом банкетце, устроенном по случаю только что прошедшего первого заседания вновь избранного попечительского совета Ивановской международной школы-интерната имени Стасовой.

– Да я, Людмила Георгиевна, Иваново вспоминаю. Славный город. Пригласили меня как-то жюри возглавить… Это был первый конкурс ивановских красавиц. Или, может быть, второй. Я, конечно, согласился, город невест все-таки…

– Ах, Василий Семенович, Василий Семенович…

– Полноте, Людмила Георгиевна, я ведь уж не молод. Но вы не поверите, там одна дама – из публики – на сцену вышла, когда я с приветствием выступал, и подарила мне обручальное кольцо. Трогательно, не правда ли… А теперь вот, смотрите, кто-то хочет этот знаменитый интернат разорить. Это уж совсем не трогательно, а черт знает что. Только мы и можем спасти, кто еще попечется о сиротском счастье.

– А я вот все думаю, кого же там воспитывать-то будут? Негритят, наверное, уж давно не возят. А сирот-то и у нас хватает.

– О, это так, но, впрочем, пусть сами решают, кого возить. Нам, главное, нельзя дать разрушить то, что есть. Впрочем, вы правы, надо и поесть, простите за каламбур.

Из древней истории Ивановской международной школы-интерната им. Стасовой

Интернат возник после победы фашистского режима Франко в Испании в гражданской войне 1936-39 годов. Как известно, СССР активно помогал формировать интернациональные бригады, сражавшиеся в Испании против Франко. После того, как Франко взял Мадрид, СССР принял несколько тысяч испанских беженцев. Детей погибших антифашистов направили в Иваново, где был специально для них создан интернат.

С тех пор в мире случилось множество разнообразных революций, гражданских войн, освободительных движений и т. д. И редок был тот случай, когда Советский Союз не принимал в них участия тем или другим способом. Не всегда сторона, поддерживаемая СССР, побеждала. Тогда неизбежно в Иванове появлялись дети погибших или заключенных революционеров. Недостатка в сиротах, к несчастью, не было никогда.

Поскольку школа-интернат имела немалое политическое значение, то к ней, естественно, партийное и государственное руководство страны относилось соответствующим образом. Деток самых разных рас и национальностей воспитывали в духе коммунистического интернационализма, и денег на это не жалели. Чтоб местные сироты жили также!

Особое внимание уделялось педагогическим кадрам. Не думаю, что лучшие частные школы Великобритании могли похвастать такими же. Ивановская школа-интернат ковала государственные кадры для дружеских СССР режимов по всему миру. И ковала вполне успешно.

Из новой истории Ивановской международной школы-интерната им. Стасовой

СССР скончался, и школа-интернат потеряла политическую, экономическую, а вместе с ними и прочие базы. На протяжении последних десяти лет она доучивала последних негритят да арапчат, принятых Советским Союзом и, по инерции, новой Россией, и тихо превращалась в обычный интернат, влачащий такое же нищенское существование, как и другие российские интернаты. Элитные педагогические кадры рассосались. Замечательные корпуса пришли в запустение. Некоторые помещения пришлось законсервировать за ненадобностью и отсутствием денег. Консервации больше всего обрадовались ивановские бомжи. Примечательный поворот судьбы для богоугодного заведения…

Из новейшей истории Ивановской международной школы-интерната им. Стасовой

Наверное, школа-интернат так и померла бы, если бы не одно вполне банальное известие. С год назад прошел слух, что «Красный Крест», которому якобы принадлежит школинтернатовская недвижимость, собирается толкнуть ее по сходной цене.

Губернатор Ивановской области, будучи, во-первых, коммунистом, а, во-вторых, человеком, обещавшим избирателям рачительно относиться к построенному народом во времена всенародной собственности на все, находящееся на территории одной шестой части планеты, сильно за школу-интернат обиделся. Обида усиливалась дополнением к слуху о том, что школу собирается купить некая американская фирма.

Проведенное по распоряжению губернатора нехитрое расследование показало, что вся недвижимость интерната построена на деньги КПСС, и что «Красный Крест» никакой не собственник, а всего лишь балансодержатель. Иначе говоря, школа государственная, продана может быть только государством, а «Красный Крест» пусть отдыхает.

Здесь возник скандал, связанный с именем главного регистратора прав на недвижимое имущество в Ивановской области Еленой Спановской. Губернатор ей говорит, вы, Елена Борисовна, давайте быстрей регистрируйте школу-интернат как федеральную собственность, а то уплывет народное имущество. А Елена Борисовна не регистрирует, ссылаясь на формальности. Губернатор впадает в гнев и Спановскую увольняет. Увольнение приобретает неожиданно большой резонанс в прессе, а прокуратура и управление юстиции встают на защиту уволенной, полагая, что губернатор вообще к регистрации недвижимости никакого отношения не имеет, не говоря уж о работе с кадрами в этой тонкой сфере.

Впрочем, пока инстанции разбираются, имел или не имел право Тихонов увольнять Спановскую, школу-интернат зарегистрировали-таки как федеральную собственность. Что, конечно, не означает, что нельзя будет отыграть назад в случае возвращения Елены Борисовны.

Но сия локальная междоусобица блекнет (хотя и не теряет актуальности, о чем ниже) в сравнении с тем, что начинает происходить дальше.

Губернатор, увлекшись темой возрождения интерната именно в международном масштабе, приходит, в конечном итоге, к логичному в данных обстоятельствах варианту – к созданию элитного суворовского училища для детей из стран СНГ. Сверхзадача проекта – ковать агентов влияния России, поставляя их на важные должности в Министерства обороны, МВД, МИДы Содружества независимых государств.

Идея была доведена до сведения Минобороны России, а также до администраций президентов некоторых стран СНГ. По нашей информации, представители Армении и Белоруссии сразу выразили готовность обсудить вопрос финансирования суворовского училища. Ряд других государств заинтересовался проектом. С собственным Министерством обороны вышла некая странность. Президенту России Владимиру Путину доложили только о части проекта, то есть о том, что неплохо бы в Иванове создать суворовское училище. Президент одобрил. Но он не узнал из доклада о международной составляющей идеи…

Потом последовали события, не способствующие, мягко говоря, воплощению сей составляющей в жизнь.

Сначала «Красный Крест» созывает попечительский совет, призванный отстоять школу имени Стасовой в изначальном виде, хотя вот уже несколько лет ни одного иностранного ученика в заведение привлечь не удавалось, а в этом году принято три афганца, хотя их родители давным-давно живут в Иванове и на родину явно не стремятся.

Попсовет состоит из таких фигур, что спорить с ними себе дороже: Анатолий Карпов, Николай Губенко, Людмила Зыкина, Василий Лановой. Сплошь любимцы народа. Пикантно, правда, то обстоятельство, что все четверо либо члены КПРФ, либо, в свое время, не были, что называется, обижены КПСС. А тут судьба развела их с губернатором-коммунистом.

Потом появляется несколько публикаций в местной прессе, делающих из истории со Спановской очень примечательные и показательные, хоть и явно неверные выводы. Вплоть до того, что это «первый политический кризис губернатора» («КП в Иванове»): «Владимир Тихонов может потерять власть», если прогонит Спановскую. Не в обиду Елене Борисовне и коллегам из «КП» будь сказано, но с таким же успехом можно говорить о кризисе по случаю того, что в колхозе «Светлое вымя» сдохла корова.

Потом, видимо, последуют официальные протесты каких-нибудь испанских потомков тех антифашистов. Потомки скажут no passaran суворовскому училищу.

Потом какой-нибудь видный правозащитник, получающий деньги от Сороса и очень похожий на депутата ОЗС Сергея Валькова, объявит Тихонова милитаристом. Ну и т. д.

Короче говоря, в битве губернатора со всем вышеперечисленным я бы поставил на все вышеперечисленное, хотя идея международного суворовского училища в Иванове мне очень нравится. Но уж очень силы неравные. С одной стороны всего лишь областная администрация. С другой… ну явно уже не те, кто собирался покупать несколько интернатовских корпусов. При чем тут корпуса, когда речь идет о кузнице агентов влияния.